Михаил Катюричев - Путь Силы [СИ]

— Элеандор у нас предпочитает мальчиков, — поясняет для меня Саманта, и не удерживается от колкости, — вы ведь тоже девушками брезгуете мэтр?

— Простите мэтр, но вы не в моем вкусе. Хотя…

— Саманта, помолчи! — рявкает барон, — Элеандор, не нужно доставать мэтра твоими обычными шуточками. Он сначала бьет, а потом спрашивает, в каком месте нужно было смеяться. Ларса вон чуть не убил на днях.

— Не убил же, — буркаю я, — подумаешь, немного заикается. Думать надо, над кем шутишь.

— Вот-вот. Об этом я и говорю, а племянник нам еще пригодится.

— Намечается очередная авантюра? — насмешливость в секунду слетела с гостя. Теперь он напоминал гончую, взявшую след, — и не беспокойся — о новом маге Хольца я услышал задолго до того, как въехал в ворота восточной заставы.

— Да? И что именно? — заинтересовался фрайхер.

— Не за столом, — скривился красавчик.

— Да, действительно, дела обсудим после, в моем кабинете.

Честно говоря, я уже и не знаю, что хуже — трястись в седле или в карете. Местные рессоры — что есть, что нет. Меня в седьмых жигулях так не трясло! К тому же закрытая карета — та еще душегубка. Душно, темно, тесно. С другой стороны — осень, в открытом ландо уже не поездишь. Не знаю, насколько мы обязаны этому гербу на дверце, но до Киана добрались почти без приключений. Только один раз пришлось выйти из кареты и метнуть огненный шар, после чего грабители сами разбежались. Их интерес тоже можно понять — карета с гербом и без охраны лакомая цель для бывших крестьян. Кучера я согласился с собой взять только потому, что без него никак. Лишние свидетели мне ни к чему. Да я и насчет кучера еще не решил — убивать его или просто стереть память? По большому счету и в Киан ехать сразу не стоило, но время поджимает. Учеба уже началась, насколько я знаю.

— Молодой человек, у нас может быть и не самое знаменитое, но весьма достойное учебное заведение для девиц, — мои расспросы, видимо задели сеньору Бальза за живое, — многие из наших воспитанниц выходят замуж за дворян и, поверьте моему слову, им не приходится краснеть за недостаток образования.

— Поверьте, я ничуть не сомневаюсь в ваших педагогических талантах, леди. Меня как раз волнует обратное — сможет ли девушка потом прожить без толпы служанок? То есть приготовить обед, заштопать мужу рубашку и все такое.

— Подобные занятия у нас тоже проводятся. Большинство наших воспитанниц — дети горожан или мелких дворян, так что мы даем весь комплекс знаний, которые могут пригодиться в повседневной жизни. Я вижу, вы издалека, поэтому вам простительны подобные вопросы. Если же вы волнуетесь за безопасность, то зря. Мой кузен — капитан городской стражи, бургомистр — мой хороший друг, так что ни одна шавка в Киане даже не гавкнет на девочек Франчески Бальза.

— Уверен в этом. Но все же хочу особо попросить, чтобы девочку не отдавали никому кроме меня лично. Даже если она скажет, что этот человек — ее родной брат.

— Разумеется. Так вы все же решили оставить малышку у нас? Конечно, плата за обучение может показаться вам завышенной, но поверьте, что все эти деньги идут исключительно на содержание и образование наших воспитанниц. Я понимаю, что ситуация может быть разной, да и ваша малышка мне понравилась, поэтому я готова предоставить рассрочку.

— Я заплачу за все восемь лет. Авансом.

— Четыре сотни золотых? Вы уверены? Поверьте, я ни в коей мере не хочу поставить под сомнение вашу платежеспособность…

— Сеньора, я маг. Боевой маг на службе одного из вольных баронов. Это довольно опасная, хоть и хорошо оплачиваемая должность. Вполне возможно, что завтра я уже не встречу рассвет, поэтому мне хотелось бы, чтобы дочь была пристроена хотя бы до совершеннолетия.

— Понимаю вас, мэтр. Простите мои сомнения. Не каждый из наших клиентов может оплатить сразу хотя бы год.

— Чек вас устроит? Вот и отлично.

Собственно, барон под впечатлением от турнира поднял мне зарплату до пяти золотых в месяц, так что я смог бы платить даже не используя выигрыш и старые сбережения. Но так надежнее.

Стою как дурак и смотрю на ребенка. Может быть, я больше никогда эти синие глазищи не увижу, а слова не идут. Не умею я прощаться. «Я тебя люблю»? Банально. Она и так это знает. Всякий вздор типа «не гуляй одна, не промочи ноги, носи теплый плащ»? Бред. Я не клуша-наседка. Стоим, молчим. Леди Бальза застыла в углу, наблюдая за этой странной сценой. Наконец, делаю шаг вперед и прижимаю дочь к себе. Крепко-крепко. Слова не нужны.

— Ты вернешься? — Ниа заглядывает мне в глаза.

— Я постараюсь. Надеюсь мне не придется за тебя краснеть, — строго смотрю на нее.

Девочка серьезно кивает.

Вот и попрощались. Всю дорогу до кареты чувствую ее взгляд, но не оборачиваюсь.

— Куда теперь мэтр? — оборачивается возница.

— В гостиницу. А потом посмотрим.

Пансионатов не так уж и много, поэтому, если мы вернемся сейчас, вычислить Киан можно будет хотя бы по времени отсутствия. Пару дней я просто гуляю. Мне нравится этот город. Даже покупаю рукописную книгу «Лития для путешественников», чтобы изучить по дороге в столицу. Да, в столицу мы тоже поедем, хоть я и нашел в Киане все что хотел. Вторым пунктом программы у меня был поиск опытного бронника. Оружейники Хольца отказались работать с чешуей крайса — не хватает опыта и знаний, а вот в бывшей столице подобные мастера нашлись.

Киан действительно когда-то был столицей отдельного государства. Герцогство Кианское постоянно воевало с Гайтстатской Маркой за свободный выход к морю, пока лет триста назад Архайн Объединитель не положил конец существованию вольного герцогства, объединив две провинции и став первым королем Литии. Человек был незаурядный, что и говорить. Хотя у меня зародилось подозрение, что без переселенцев там не обошлось. Уж больно система дворянских титулов и государственное устройство новой державы отличались от соседей. Зато очень напоминали родное средневековье. Рыцари, как служивое сословие, бароны, графы, маркизы, герцоги, оммаж, фуа и ленные владения. Да и национальный Литтийский танец со странным для местных размером и не менее странным названием «вальс» появился именно тогда. Прикупив в столице еще пару трудов по истории страны, я от нечего делать почти вычислил этого неведомого прогрессора. Ближайший сподвижник короля, генерал, а после и первый канцлер, Жан Коссэ. Или тот, кто скрывался за ним.

Глава 19

— Разрешите? — я заглянул в приоткрытую дверь кабинета.

— Да, входите. Мэтр, что случилось с Томасом? — хмуро спросил фрайхер кивнув на моего бывшего возницу, застывшего посреди кабинета.